Интервью с Норманом Джейденом
5 октября 2010 в Парни, Персонажи игр

Ливень. Норман Джейден: Не человек для закона, а закон для человека
Мы продолжаем публикацию серии интервью с героями, остановившими Оригами-киллера. Сегодня в гостях у ps3hits.ru самый известный агент ФБР нашего времени – Норман Джейден. Этот человек за несколько дней смог разгадать загадку серийного убийцы, над которой несколько лет бились лучшие полицейские умы, а потом своими руками свершил над ним правосудие. Но обойдемся без долгих предисловий, тем более что все наши читатели и так прекрасно знают, чем же замечателен этот человек.
– Добрый день, Норман. Начнем с вопроса, который нас попросил задать вам Итан Марс. Что двигало вами, когда вы помогли сбежать ему из под стражи? Вы ведь шли при этом на колоссальный риск, к тому же явно нарушили при этом кучу законов и правил.
– Проблема всех правоохранительных органов заключается в том, что есть буква закона, а есть его дух. В первом случае да, я должен был последовательно отрабатывать все имеющиеся версии, собрать кучу улик, довести дело до суда, и там уже доказать свою правоту и, соответственно, невиновность Итана.
Только при этом мы бы не поймали настоящего убийцу, мы бы получили труп еще одного ребенка – и дух закона умер бы в очередной раз на наших глазах, и я был бы непосредственным участником этого процесса.
Так что когда встал выбор между буквой и духом, я выбрал второе. Нас так учили. Не человек для закона, а закон для человека.
– У вас были хорошие учителя. Чему они еще вас научили, помимо всех этих криминалистических штучек и превосходного владения навыками рукопашного боя?
– Ответственности за сделанный выбор, за принятые решения. Ведь моя профессия похожа на профессию врача. Только мы лечим болезни не человека, а общества. Вот у нас появляется проблема: для врача это болезнь, для меня – преступление. Мы ставим диагноз, подбираем методы лечения. Главное – поставить диагноз. И большинство врачебных ошибок появляются именно на этой стадии. Так и у нас. Наш диагноз – это круг подозреваемых, который постепенно сужается и остается главный подозреваемый.
А дальше уже пошли методы лечения. Слежки, погони, драки, перестрелки, задержание, суд, тюрьма или электрический стул – это все методы лечения одной конкретной болезни общества. И вот если на стадии диагноза я ошибся, результат будет как и у врача. Смерть ни в чем не повинного человека, который доверился системе здравоохранения или правосудия.
Да, попутно что у врача, что у меня, из-за этой врачебной ошибки мы можем вылечить какие-нибудь другие болезни. Врач вылечит от простуды человека, умирающего от какого-нибудь смертоносного вируса. Мы по делу об убийстве поймаем какого-нибудь наркодилера. Но ту исходную болезнь мы не вылечим, и она продолжит убивать людей. Поэтому, повторюсь, на стадии диагноза очень важно взвесить все за и против и принять решение. А если принял, то следовать ему, невзирая на обстоятельства. И быть готовым всегда нести ответственность – за то, что твое решение было неправильным. Или за те самые буквы закона, которые тебе при этом пришлось нарушить ради соблюдения его духа.
Я объяснил, почему я пошел на служебное преступление?

– Более чем. Норман, ответственность за судьбы людей – штука тяжелая, и сломала не одного прекрасного человека. Те проблемы с триптокаином – они были от этого груза?
– В какой-то степени – да. Но если быть до конца откровенным с самим собой, то дело в собственной слабости. Ведь дело Оригами-киллера стало моим первым по-настоящему серьезным делом, которое я вел в одиночку. Все мои предыдущие серьезные дела я расследовал в составе следственной группы, где всю полноту ответственности нес кто-то другой.
Да, я тоже искал улики, делал выводы, и тоже была ответственность, но ее было куда меньше. Но ведь это такой соблазн, сказать самому себе – парень, ты делаешь чертовски важную работу, очень ответственную, тебе надо расслабиться. Этот соблазн настигает многих. Какой бы ты ни был крутой, в душе каждый из нас периодически хочет превратиться в маленькое существо, ни за что не отвечающее. И чем больше давит на тебя ответственность, тем сильнее это желание. Каждый реализует его по своему. Кто-то ходит к психологу, кто-то начинает пить, я подсел на триптокаин.
Свою лепту в мою зависимость внесла и новомодная аугментированная реальность. Да, это очень удобная вещь в моей работе. Позволяет отрешиться от неудобств внешней среды, позволяет иметь все улики, все досье на подозреваемых, всю информацию о деле практически у себя в голове.
Но, знаете, человеческая психика еще не готова, наверное, к этому. Вы же лучше меня знаете, как затягивают виртуальные миры, которые существуют на экранах мониторов. А тут ты в этой реальности проводишь большую часть времени. Психика реально не выдерживает, начинаются галлюцинации, проблемы с восприятием реальности настоящей.
В таких условиях очень легко поддаться соблазну и найти свою собственную отдушину для маленького беззащитного существа, попытаться сбежать от ответственности хотя бы на пару минут. А потом начинается зависимость… К счастью, мне удалось от нее избавиться.
Может, это просто так совпало, но в ходе расследования дела именно Оригами-киллера я осознал, что если я сейчас не завяжу с этим, то лучший выпускник академии ФБР, подающий надежды агент Норман Джейден очень скоро превратится в развалину, или вообще умрет. И самое главное, в какой-то момент я понял, что просто не могу позволить себе убегать от ответственности, даже на минутку.

– Потому что это было ваше первое громкое самостоятельное дело? Или есть какая-то другая причина?
– И то, и другое. Понятно, что первое дело такого уровня – это своего рода экзамен. Но это только усиливает ответственность и желание уйти от нее. Поэтому в начале расследования я еще злоупотреблял триптокаином.
Но потом, когда я втянулся в дело, когда познакомился с психологическим портетом Итана, потом и лично с ним – понял, что этот человек ни при каких обстоятельствах не может быть убийцей. И еще я понял, что сейчас я отвечаю не только за дух закона. Я несу ответственность за то, что Шон Марс должен выжить. У меня нет детей, но в тот момент, когда я заглянул Итану в глаза, дело Оригами-киллера стало для меня чем-то личным.
Так что с этой минуты я не мог позволить себе ни на минуту отдавать свой разум воле наркотика. Я должен был действовать! Ведь ливень шел не прекращая, и времени у нас оставалось все меньше.

– Вы не первый человек, который говорит, что встреча с Итаном Марсом как-то очень сильно повлияла на него…
– А что вы удивляетесь… Встреча с любым человеком так или иначе влияет на вас, вы просто можете этого не замечать. Но тут особые обстоятельства, чувства у всех обострены до предела. И когда ты встречаешь человека, который одержим чем-то, что в принципе тебе близко, ты заряжаешься от него этой одержимостью.
– Мэдисон Пейдж говорила примерно то же самое…
– Значит, мы оба правы (улыбается).
– Но ведь тот же Блейк этой одержимостью не заразился…
– Потому что он уже был одержим. Вернемся к началу нашего разговора, про дух и букву закона. В принципе, Блейк по своему следовал духу закона, полностью поправ букву. Вломиться в жилище к подозреваемому, избить свидетеля, чинить прочие безобразия – все это оправдывалось все тем же самым стремлением служить именно духу закона: преступник должен быть пойман, ребенок должен быть спасен.
На каком-то этапе желание «служить и защищать» перерастает в одержимость – ты уже не замечаешь очевидных фактов, тебе наплевать на возможные последствия «врачебной ошибки», тобой движет желание быстрее добиться результата. Хоть какого-нибудь. Возможно, тому виной и вся наша система, когда от копов требует результата начальство, на которое давит вышестоящее начальство, которому скоро переизбираться, и на которое давит общественность. Тогда и возникает желание добиться результата любой ценой, неважно, правильный результат это или нет. И со временем это желание перерастает в одержимость.
Очень надеюсь, что мне на моем жизненном и профессиональном пути удастся этого избежать.

– Не сомневаемся, что у вас получится. Тем более вы теперь герой, в центре внимания общественности…
– Да какой я герой… Я просто делал свою работу. А почему я старался сделать ее очень хорошо, я уже объяснил.
Мне кажется, в этой истории нет героев. Герой ведь в моем понимании, это тот, кто делает что-то особенное, на грани самопожертвования, ради кого-то. А все мы делали то, что делали, прежде всего ради себя. Я – сдавал своего рода экзамен и служил духу закона. Итан, понятное дело, просто спасал своего сына. Мэдисон вела журналистское расследование, а потом, насколько я понимаю, ею двигала уже любовь.
Да, при этом каждый из нас был несколько раз на волосок от смерти, всем нам пришлось сражаться с отбросами общества, с несовершенством нашей правоохранительной системы, все мы в итоге спасли жизнь ребенка. Но делали мы это прежде всего для себя. Чтобы доказать себе что-то, чтобы защитить то, что нам дорого, пусть даже это что-то мы и обрели совсем недавно.

– И все-таки… Наверное, это глупый вопрос в адрес агента ФБР, но вам не было страшно?
– Мне было страшно, что мы не успеем найти и спасти Шона. А если вы имеете в виду все эти потасовки… Знаете, в конце концов, я действительно специальный агент ФБР, прошедший специальную подготовку.
Кто хоть раз был в драке, знает, что страшно перед ней, и после нее. А у меня все эти потасовки случались как-то внезапно, испугаться не успевал толком. Хотя, чего греха таить, когда этот бугай на свалке мне пушку к башке приставил, испугаться успел.
Потом начинается драка, у тебя выброс адреналина в кровь, все силы организма мобилизованы на то, чтобы победить. А вот когда уже все закончилось и ты начинаешь прокручивать весь ход событий, вот тогда и становится страшно – вот здесь мне могли проломить череп ломиком. А здесь – закатать под пресс. А здесь – сбросить с очень большой высоты. Но это, скорее всего, страх другого рода, чем тот, о котором вы спрашивали.
Так что по поводу вашего вопроса отвечу еще раз – нет, мне не было страшно. Это ведь, в конце концов, часть моей работы.
– Прошло уже достаточно много времени после завершения этой истории? Что вы можете сказать о ее участниках? Вы следите за их судьбой?
– Нет, за судьбой точно не слежу. Конечно, когда появляются статьи, или выходит какая-то передача, смотрю, читаю. Но они появляются все реже. Конечно, мне было приятно узнать из одной такой передачи, что Итан с Мэдисон теперь вместе. С ней-то мне не довелось лично повстречаться, знаю про нее только по таким вот публикациям. Но из того, что я знаю про них, про Шона… Эти ребята заслужили свое счастье.
Еще хочу сказать про Блейка. Он, конечно, в ходе расследования проявил себя полным засранцем. Однако нашел в себе силы извиниться передо мной после того, как все закончилось. И вместе со своим начальником они потом как-то так замяли смерть того наркодилера, которого пришлось убить Итану. Это я к тому, что даже на них, видимо, это дело как-то очень сильно повлияло.

– Да уж, дело очень неординарное, насколько мы можем судить. Последний вопрос. Итан Марс нам рассказал, зачем он согласился, чтобы по этой истории сделали игру, что он хотел этим сказать. А вы что хотели сказать?
– Как-то не задумывался над этим вопросом… После этого дела было столько передач, интервью, первых обложек разных крутых журналов. В принципе, я ожидал, что рано или поздно по этой истории захотят снять кино, но представители игровой индустрии, видимо, опередили Голливуд.
А что бы я хотел этим сказать? Наверное все то, что и двигало мною в ходе этого дела. Итан ведь наверняка вам говорил про любовь? Мною двигали другие мотивы, я уже об этом говорил.
В жизни мы ведь часто сталкиваемся с тем, что побеждают вещи противоположные. А тут такая история, в которой есть все – любовь, злодей, хэппи энд и торжество добра и правосудия. Не законности, нет, ее-то как раз нарушали все герои этой истории, именно правосудия. Вот давайте считать, что именно про это торжество добра и правосудия я и хотел сказать. Договорились?
– Договорились! Спасибо, Норман, за интересную беседу. Желаем, чтобы следующая ваша история была про любовь!
– Спасибо! Только по этой истории мы игру делать не будем!
На этих словах Норман одаривает нас своей вполне голливудской улыбкой, прощается и уходит. На этом заканчивается наш цикл интервью «Ливень». Редакция ps3hits.ru ждет в гости новых гостей, хорошо вам известных…
Беседовал Сергей Фоменко aka Biggest





Ребята, это не конкурсная работа, Сергей Фоменко профессиональный журналист и он работает на ps3hits за фиксированную плату.
Новый конкурс по персонажам мы пока не объявляли, сейчас ведутся переговоры с интернет магазинами о проведении совместных конкурсов, поэтому свои мы приостановили.
Мы уже поняли
Огромное ему спасибо за работу, хорошо ведь когда деньги заработаны честным трудом ^_^
как в конкурсах участвовать
так и че
Снимаю шляпу перед автором.
Забыл сказать,Спасибо.
эх…я вот вчера отправил,видимо Сергей отправил раньше,я не успел(((
Но может кому интересно, то вот обзор Нормана от меня http://ifolder.ru/19618163
Серёга-ты молодец!Сам мечтаю быть журналистом.
Я опубликовала ваш обзор на форуме, если будем продолжать конкурс по персонажам я обязательно учту эту работу!
спасибо)))Всё никак не хватает героизма зарегистрироваться на форуме)))
Ещё раз спасибо)))
Отличное интервью!
Отличное интерьвю, хоть прям щас печатай, никто не догадается, что по игре)))
Бигест, респект и уважуха!!!!! Давай ЕЩЕ =)))
РЕСПЕКТ!!!!!
Лучшим из лучших!!! Респект и уважуха!!!
Такой спойлер в начале, такой спойлер… но всё равно у многих всё было не так =)
Ну да, спойлер. Но это обзор для тех, кто в теме